Писатель родился в дворянской семье, но его детство очень сложно назвать счастливым. Отец был деспотом, а мать нежной и образованной женщиной, которая терпела его жестокость. Достоевский писал, что сердце Некрасова было «ранено в самом начале жизни». И эта рана никогда не заживала.

Маленький Некрасов часто ездил с отцом по делам: тот был исправником, выбивал долги с крестьян. Мальчик видел нищету, жестокость и отчаяние с ранних лет. Позже он признавался, что всё это навсегда осталось в нём.

В 17 лет Некрасов приехал в Петербург. Отец хотел отдать его на военную службу, но сын ослушался и пошёл в университет. За проявление своеволия отец, разумеется, лишил его денег. С поступлением тоже не заладилось: после неудачной попытки Некрасов перестал пытаться поступить и начал ходить в вуз в качестве вольнослушателя.

Он жил, сводя концы с концами, снимал комнатушки, ночевал на улице. Чтобы выжить, Некрасов писал за копейки прошения для нищих, сочинял стихи для лубочных изданий, давал уроки – в общем, делал всё, чтобы не умереть с голоду.

В 1840 году Николай Некрасов выпустил первый сборник стихов – «Мечты и звуки». Жуковский посоветовал печататься под псевдонимом, чтобы потом Некрасову не было стыдно. Так он и поступил. Критики, всё же, разгромили книгу. Некрасов в ужасе выкупил почти весь тираж и сжёг его.

Тогда писатель встретил Белинского. Он оказался одним из критиков, которые сильно ругали сборник. Уже после Белинский, прочитав стихотворение «В дороге», обнял писателя и сказал: «Да знаете ли вы, что вы поэт – и поэт истинный?!». Некрасов говорил, что в этот день в нём родился поэт.

Некрасов стал журналистом изначально не по зову сердца, а по необходимости – нужно было зарабатывать. Но очень скоро он понял, что умеет это делать. Он писал всё: статьи, рецензии, заметки, сатирические стихи. Вскоре его имя стало известным в Петербурге.

Белинский считал, что журналист в Некрасове раскрылся даже раньше, чем поэт. Некрасов писал в «Отечественных записках», вёл рубрику «Литературные и журнальные заметки», выпускал весьма успешные сборники и альманахи.

В 1846 году Некрасов вместе с Панаевым арендовал «Современник». У него было в некотором роде чутьё на таланты: он привлекал лучших авторов, платил им огромные гонорары, боролся с цензурой. Он превратил журнал в главное издание страны. Тираж достиг 10 тысяч экземпляров – внушительная цифра для того времени.

Некрасов работал как одержимый. Он читал сотни рукописей, переделывал их, вёл переписку с авторами. В одном из писем Тургеневу он признавался, что для первой книжки «Современника» прочитал до 800 листов статей, 60 корректурных страниц, дважды переделывал один роман и написал полсотни писем. Это была работа, которой он отдался полностью.

Но Некрасов не только работал с текстами – он умел договариваться с теми, кто мог навредить журналу. Некрасов регулярно приглашал цензоров на обеды, задабривал их, входил в их положение. Он знал, что цензор – человек, которого можно понять, с которым можно договориться, если не давить, а объяснять, и это работало. «Современник» выходил, несмотря на жёсткие запреты.

Однако его методы спустя время перестали работать.

Главное испытание в жизни и карьере Некрасова было впереди. 4 апреля 1866 года Дмитрий Каракозов совершил неудачное покушение на Александра II. После этого началась волна репрессий. Расследовать дело назначили графа Муравьёва-«вешателя», которого так прозвали за жестокое подавление польского восстания. Начались аресты и обыски. «Современник» оказался под угрозой закрытия.

Некрасов получил тайную записку от цензора Феофила Толстого о том, что участь журнала решена. В отчаянной попытке спасти его он согласился на предложение графа Строганова – прочитать стихи в честь Муравьёва на обеде в Английском клубе 16 апреля 1866 года. Текст той оды не сохранился, скорее всего, поэт его уничтожил. Известно лишь, что она заканчивалась словами «виновных не щади», а сам Некрасов после обеда повторял Муравьёву: «нужно вырвать это зло с корнем».

«Современник» всё равно закрыли. А сам Некрасов навсегда запомнил этот день как неверный звук своей лиры. От него отвернулись почти все друзья и знакомые. Фет назвал его «продажным рабом». Революционеры проклинали его за предательство. Некрасов до конца жизни корил себя за этот поступок и даже перед смертью, мучимый болезнью, он продолжал каяться. 

В жизни Некрасова была женщина, которая стала его главной музой и главной болью – Авдотья Панаева. Она была женой его друга и соиздателя Ивана Панаева. Некрасов влюбился в неё почти сразу после знакомства, но она была замужем, и он долго не решался на что-либо.

Их роман начался в 1846 году, когда Некрасов и Панаев уже работали над «Современником». Влюблённые поселились в одной квартире с мужем Авдотьи. Это был скандальный и необычный союз – они жили втроём. Современники обсуждали эту историю, сплетничали, осуждали, но Некрасову было всё равно.

Отношения с Панаевой длились 15 лет. Она стала его главным редактором, критиком и другом. Вместе они написали роман «Три страны света» и повесть «Мертвое озеро», под псевдонимом Станицкий. Панаева была для Некрасова соратником. Она разделяла его издательские планы, помогала с журналом, первой читала рукописи.

В 1863 году они расстались. Причины были сложными: смерть их общего ребёнка, усталость от многолетнего скандального союза, разница в характерах. Некрасов тяжело переживал разрыв, но продолжал поддерживать с Панаевой дружеские отношения до самой её смерти. Позже он посвятил ей знаменитый «Панаевский цикл» – стихи, полные боли и нежности.

Некрасов был страстным картёжником. Он играл с детства – в имении отца, в гостиных и петербургских клубах, а в зрелые годы стал известен как один из самых удачливых игроков России. Он говорил, что играет не ради денег, а ради риска и чувства жизни.

Однажды он выиграл 100 тысяч рублей за один вечер и купил на эти деньги дом. Но были и проигрыши, когда Некрасов мог без сожаления отдать огромные суммы. Игра была для него способом отвлечься от редакторской рутины, от цензурных преследований, от личных драм.

Другим его увлечением была охота. Он уезжал в деревню, брал ружьё и исчезал в лесах на несколько дней. Охота была его тишиной и способом побыть одному. В разгар редакторской работы, когда давление становилось невыносимым, он оставлял всё и уезжал. Это помогало ему перезагрузиться.

Некрасов умер в 1878 году. За тридцать лет редакторской работы он создал журналы, которые определили лицо русской литературы. Он открыл миру таланты, которые без него могли бы остаться в тени; платил авторам порой на особенных условиях (платил исключительным сотрудникам значительно больше и требовал, чтобы все их тексты печатались только в его журнале), рисковал собой, ошибался и каялся. Некрасов был выдающимся журналистом и человеком, который делал всё возможное для журнала и других людей.

Подготовила: Анна Щурова